Я смотрела на брата, словно в зеркало гляделась. Меня пробрала дрожь.
— Иди ко мне, — ласково позвал Серый Демон, — принеси палку. Настало время поменяться местами.
— Нет! — Я ухватилась за посох, как утопающий хватается за соломинку, сопротивляться надо до конца — всегда.
— Что значит нет? Иди сюда. — Простой приказ, и я шагнула. — Ближе!
Костяшки пальцев побелели, голова закружилась, ноги меня не слушались. Одна мысль пульсировала в мозгу: не сдаваться. Волю ломали, крушили. Что же делать? «Арс!» — взмолилась я, прижимая Живдерево к груди.
— Нет! — Язык прилип к небу, в горле пересохло; не звук, а сипение вырвалось у меня.
Посох ожил, по рукам потекла энергия, наполняя меня. «Арс, Арс!» — повторяла я как заклинание.
— Ты не уйдешь от судьбы, — прошипел Серый Демон. — Твое место здесь.
— НЕТ! — выкрикнула я, Живдерево отдавало мне свою силу.
И я ударила. Белое пламя метнулось к трону, охватило Серого Демона.
Зал поплыл перед глазами и стремительно полетел вниз. Меня вынесло, обессиленную и выжатую, словно лимон. Я вернулась в пещеру...
Прошли какие-то доли секунды, как я взяла Живдерево в руки, столько событий произошло, а люди даже поз не поменяли. Пять секунд я приходила в себя, сердца стучали гулко. Посох щедро делился со мной энергией, магией, вливал их в меня, как в пустой сосуд.
— Арс, — позвала я, полностью оправившись, — иди сюда.
— Как ты? — Он с опаской покосился на посох.
— Да ты что! Мне не доверяешь? — Я даже обиделась. — Думаешь, я стану вторым Труппом?
— Конечно, нет. Что за вопрос, — заверил он.
— Тогда бери посох и ничего не бойся, я с тобой.
Арс ухватился обеими руками за Живдерево. Надо отметить: мой муж очень смелый человек, не каждый решился бы взяться за посох, зная его историю. Я его люблю (это я о муже)! Нет, это не то слово. Даже дракон со своей щенячьей привязанностью не сможет понять. Он мой талисман и оберег, моя слабость и сила, мой подопечный и муж, друг и любовь — все в нем одном.
И вот я, используя посох как проводник, отдала ему часть себя. Так делятся последним куском хлеба с любимыми, не задумываясь, что будешь есть сам. Зачем? Чтобы соблазна не осталось. Вдруг я возжелаю стать покорительницей Вселенной? Невероятно, но все же. Так не получится, силенок не хватит, отдала.
Знание — сила! Отпустив посох, я наблюдала, как изменяется Арс. Лицо приобрело выражение уравновешенной мудрости. Карие глаза потемнели, стали бездонными и теплыми. Вокруг Арса пробежала рябь магического поля, и он неожиданно засиял семью цветами радуги.
— Как ощущение? — поинтересовалась я.
Он не ответил. В этот момент мой муж не мог даже смотреть на меня. Необходимо время, чтобы то, чем я поделилась с любимым, пришло в равновесие. Арс развернулся и пошел в глубь пещеры, равномерно постукивая посохом.
— Куда это граф? — спросил капитан.
— Освобождать отца и гномов, — устало ответила я. — Пошли на свежий воздух, Джеремис, нам тут делать больше нечего.
Мы покинули пещеру. Солнце только чуть-чуть поднялось над горизонтом. Все события произошли за какие-то полчаса. От нечего делать я поправила здоровье солдатам, наполняя их энергией, черпая ее из окружающего мира. Это стало легким занятием, примерно как наполнить стакан водой из ручья.
Наконец из пещеры вышел Арс, ведя за собой на свет божий отца и тридцать уцелевших гномов-строителей. Используя посох, он им всем восстановил силы, и выглядели недавние пленники достаточно бодро.
— Отец, — торжественно произнес Арс, — познакомься с моей женой Джокер. Благодаря ей все прошло удачно и вы свободны.
— Рад, очень рад познакомиться с тобой, дочка. — Отец протянул мне обе руки сразу. — Приятно знать, что мой младший сын сделал неплохой выбор. Умная, красивая; чего еще желать для своего отпрыска?
— Спасибо за комплимент, папа. — Я взяла его за руки, и он энергично их потряс. — Можно мне вас так называть?
— А как же, — радостно воскликнул он (я тем временем сняла со старика лет тридцать — сорок).
Отец Арса преобразился, вместо дряхлого старца передо мной стоял мужчина лет этак сорока, энергичный, в самом расцвете сил.
— Что это ты сделала? — вопросил он, удивленно глядя в мои глаза.
— Кажется, слегка вас омолодила. — Моя улыбка была обезоруживающей, я старалась.
— Для чего? — Ну и вопросики у него!
— Откуда я знаю? — пожала я плечами. — Может, просто захотелось сделать вам приятное? Не знаю.
Старый, но помолодевший Примов посмотрел на меня пристально и неожиданно рассмеялся звонким смехом, разнесшимся эхом по окрестным горам.
К нам подошел старший из гномов и, учтиво поклонившись, спросил:
— Это вас, девушка, мы должны благодарить за освобождение из мерзкого рабства?
— В какой-то мере да, хотя без помощи воинов, — я обвела рукой, указывая на своих спутников, — и следопытов у меня бы ничего не получилось. Значит, благодарить меня одну вы просто не имеете права.
— Мы всем очень признательны! — Гном поклонился на три стороны. — Меня зовут Дронт. Как глава строительной артели я хочу спросить, что конкретно для вас, девушка, мы можем сделать?
— Думаю, — в разговор вступил мой муж, — нам с Джокер не помешает укрепленный замок на южной границе графства. Лучше всего там, где река Стик впадает в океан.
— О! — воскликнул гном и заверил: — Конечно, мы с радостью возьмемся за работу, и расценки будут самые низкие.
Арс и Дронт пустились в обсуждение условий договора, мне это показалось неинтересным.
— Пойдемте, отец, — позвала я старшего Примова, — люди не ели больше суток, это непростительно. Так шутить с пустыми желудками.
— Конечно, дочка. — Он взял меня под руку и повел вниз.
Спуск проходил значительно легче подъема, оно и понятно: вниз всегда проще, чем вверх. Еще не наступил полдень, как мы вошли в рощу, где ожидали воины, оставленные охранять лошадей. Времени даром они не теряли — подстрелили оленя и поджарили его целиком на костре. Все были обеспечены обедом, что нас весьма порадовало.
Гномы наотрез отказались ехать на лошадях, но с удовольствием переложили на их спины часть своего имущества, в основном инструменты для обработки камня и дерева. Я присоединилась к гномам и пошла пешком, а свою лошадь отдала отцу. Не люблю я этих животных, и они отвечают мне взаимностью.
Арс поехал бок о бок с отцом и рассказывал ему о том, как я и лошади пытались увильнуть от знакомства друг с другом. Тот только посмеивался. Ну а сама животина осталась довольна моим решением пройтись на своих двоих и, как мне показалось, покивала головой, одобряя.
Муж взял колдовской посох и держал его, как улан копье. Я шла следом и ломала голову над происхождением посоха. Через два часа размышлений и выводов это перестало быть загадкой. Серый Демон невольно подсказал. Я помнила — мир погиб, война полностью уничтожила планету, где росло единственное во Вселенной волшебное дерево. Мир людей-магов сопротивлялся моему двоюродному брату, как ни один другой. И нет больше ни людей, ни магов, нет и могучего Дерева, только сынок-черенок остался от целого мира.
Мне стало грустно, что тайна кончилась. Не зная, чем еще заняться, представила в уме пятимерный куб для игр — он получился на удивление хорошо, как настоящее голографическое изображение, выводимое компьютером. Расставила фигуры на четверых игроков, ухитрившись не спутать ни одной единицы войск из четырех тысяч.
— Джокер, — позвал Арс, — ты устала? Что с тобой?
Убрав пятимерный куб в память, ответила:
— Все нормально, просто играю сама с собой. Есть одна занимательная игра, наподобие шахмат.
— Наподобие чего?
— Шахматы, это игра фигурами на плоской доске. Надо захватить чужого короля. Ходят по очереди, начальные условия одинаковые, — объяснила я. — У вас такой игры разве нет?
— Нет. — Арс отрицательно замотал головой. — И ты в нее играешь?